Крым. Сентябрь 2019. Эпизоды. Часть II

30 августа в начале одиннадцатого часа утра на блестящие рельсы 4-го пути Казанского вокзала специально для нас (в том числе) был подан красавец экспресс о двух этажах под номером 104 и маршрутом Москва-Адлер.

Поезд оказался очень удобным и по времени отправления (10-53 Мск) – не надо рано вставать, и по доступности – перейти с Ярославского на Казанский вокзал дело пяти минут.

Расписание маршрута обещало домчать нас стрелой до Краснодара за чуть меньше девятнадцати часов, что и было исполнено с точностью до минуты. Хорошие, разговорчивые соседи из Кирова, коньячок маленькими глоточками перед станциями и «выйти покурить», постоять на незнакомой платформе среди незнакомых людей, близких по направлению перемещения еще пока розовых телес – строго на юг, к морю.Что еще нужно для начала отпуска… На коротких остановках над платформой вился аромат домашней жареной курочки и свежеразрезанных помидоров. Кое-кто прихватывал с собой запах «вот только что чуть-чуть» выпитой водочки. Над всеми витала вагонная дружба и эти дорожные мгновенья были чудесны. Думается мне, что если бы вместо автодорог понастроить железные, мы бы стали ближе друг к другу.

Через час после прибытия серо-красного красавца в Краснодар, с автостанции, что примыкает к ж/д вокзалу, большой автобус забрал нас и повез до Феодосии, на что ему понадобилось семь часов. Он мог бы это сделать и за шесть часов, если бы не остановка перед мостом, где в течение часа ГАИ с людьми в камуфляже выясняли, куда из автобуса исчез тахограф и какие-то документы. В конце концов, водители с матерками и бурчанием о дешевизне билетов продолжили движение и заметно быстрее, чем ехали до.

В Феодосии нас уже ждали. Еще двадцать минут и вот он – Орджо! Еще 60 минут на приведение себя в порядок, выходим на улицу из нашего временного пристанища и – впереди целых три недели! Три недели – непостижимо много дней под долгожданным крымским солнцем. Самый уютный уголок в поселке, винный магазин «Коктебель» с бессменными сомелье Оксаной и Ольгой, на месте. Удивительный магазин! Поразительна его особенность – куда бы мы ни шли, он всегда был по пути, по дороге. Взять по бокалу хорошего вина, присесть за столиком на улице и с каждым глотком забывать об оставшемся там, за стенами Казанского вокзала – лучшая терапия.

Крайне рекомендую пройти в магазине курс интенсивного выколачивания из мозгов всякой накопленной дури. Выбор эликсиров счастья огромен. Особенный эффект ощущается в первые часы первого дня пребывания. Ты – центр, а вокруг Васюковка, серо-рыжие склоны Джан-Кутарана, бухты, мысы, пляжи, толпы; набережная, залитая солнцем и музыкой, серебристый блеск моря и синь неба…

Украшение дня — встреча с друзьями за вечерним сочным шашлыком под густой виноградной лозой, увешанной тяжелыми гроздьями…

И надо всем этим стоит и с презрительным снисхождением к людским слабостям взирает на вакханалию тысяч отпусков мудрый, вечный Кара-Даг…

Письмо, оставшееся в мыслях…

«Драгоценная моя Елена Павловна!

Вы сейчас, вероятно, уже спите и в ваше окно прорывается гомон полуночной жизни поселка. А я почистил от крупных камней небольшую площадку у основания Пряничного Коня, устроил для возлежания небольшое ложе – только-только вытянуть ноги. Большего не сделать. Здесь вообще нет гладких поверхностей. Облачность, так расстроившая меня, распалась на фрагменты и начала открывать звезды. Лежу в полудреме, пережидая, когда же свалится за море дуга Луны. Смотрю вместе с Конем (кто ж этого гостя из юрской эпохи так назвал?) на глубокое звездное небо и не верится мне,что я здесь и эта ночь – реальность. Луна ушла под воду где-то в районе Босфора и воцарилась густая темнота. Мир сжался до длины вытянутых ног. Черная стена вокруг как бы очерчивает безопасный пятачок, где лежу я, лежит фоторюкзак и стоит штатив. Возникает стойкое ощущение потусторонности и рюкзак со штативом обостряют это чувство, как единственное, что осталось от того мира, где сейчас спите Вы. Достаю из белеющего, как маячок, пакета вино. На «том свете» вина не положено, значит пора возвращаться к действительности

Свет звезд расширяет пространство. Глаза постепенно привыкают к этому свету и из мрака начинают проступать скальники и ближайшие дубовые заросли. Встаю, осмеливаюсь включить фонарик и собираю штатив и настраиваю камеру.

Совет: не становитесь спиной к темному открытому пространству!

Настраиваю камеру, увлекаюсь предвкушением предстоящего действа и слышу сквозь мысли как кто-то кашлянул за моей спиной. Сразу стало холодно. Медленно поворачиваюсь и замечаю в отсвете фонарика, как по скальнику, метрах в пяти, может и больше, в тишине движется черная фигура, напоминающая чумного доктора с птичьей головой с большим клювом, как на картинке из учебника «Истории средних веков».Совершенно бесшумно существо переместилось метров на пять же, внезапно расправило крылья и в три взмаха исчезло в темноте.

Солнце мое, Елена Павловна!

Сладко ли вам спится?

А Здесь хоть и темно, но совсем не страшно. Из черных глубин Тумановой балки доносятся звуки, напоминающие крик ребенка, зовущего мать. Но какой здравомыслящий ребенок будет в полночной мгле болтаться по дну этого ущелья? А этот чумной доктор? Сейчас уже больше возникает вопрос – откуда он появился и зачем (или за чем)?

Я не боюсь. Правда, сидеть мокро, хотя дождей не было последнюю неделю. Позволяю себе закурить в кулачок, у меня есть маленькая коробочка-пепельница, окурки на землю не бросаю. Курю и думаю, что пора исполнять свое желание – сделать несколько фотографий звездного неба. И непременно успеть к рассвету вернуться назад, к Сфинксу.

Как я вам уже рассказывал, здесь невозможно найти ровную площадку. Штатив постоянно встает в раскоряку: если две ноги его устойчиво стоят на более-менее ровном месте, то третья нога либо проваливается в черную бездну, либо упирается в склон так, что ее приходится задвигать обратно. Фонарик в этих исковерканных местах только усугубляет проблему ориентации в пространстве – тени от него становятся чернее, склоны круче, скальники неприступнее. Не говоря уже о глубоких провалах и обрывах. Тропинок оказывается много больше, чем их было до заката и большинство оканчиваются пропастями, до дна которых луч фонарика не доставал. Боясь рухнуть и поломаться, я аккуратно разведал несколько мест рядом со стоянкой и подходы к ним и дал себе установку, что в следующий раз я буду осмотрительнее и заранее проведу разведку. Вот и прозвучало «в следующий раз», да с такой уверенностью, будто тот «раз» уже точно произойдет. Ну, раз он будет, то не спеша фотографирую, без особой надежды на хороший результат. Потом, в следующем, учту и исправлю. О технике ночной съемки я читал и знал, что Солнце и Луна должны быть за горизонтом, небо должно быть черным, а города быть далекими и не затмевать своими засветками звезд. Однако первые же кадры на экране камеры показывают по световым пятнам полную географию от Судака до Феодосии. Запад полыхает многими цветами.

Глаз невооруженный, конечно же, не видит всего этого. Картина неба, как ее увидела камера, проявляется уже дома. Это я к тому, Сладкоспящая моя Елена Павловна, что придется мне из нашей жизни украсть несколько вечеров для себя и фото. Впрочем, отвлекаюсь. На северной стороне тоже «бездна, звезд полна…», но лишнего света нет и небо более реалистично.

Пока я вам спать не давал своей болтовней, к Кара-Дагу, как концентратору межцивилизационных, межгалактических и внебрачных связей, опустился из облаков на расстояние непозволительной близости НЛО. И завис над Мертвым Городом, источая на него соответствующий мертвецки бледный свет.

В голове моей защелкали 20-амперные автоматы, закукарекал петух, завыли сирены полицейских машин, прозвучали сигналы точного времени и мелодия «На зарядку становись». Кардиостимулятор несколько раз в разных тональностях в размере 3/4 исполнил азбукой Морзе SOS. Мне послышалось, что сделал он это на валторне. Нехороший голос со стороны Мертвого Города начал громко читать учебник по «Истории КПСС». Спустя несколько предложений прозвенел школьный звонок конца урока. И все стихло. Отчего-то детально вспомнился день шестнадцатилетия, 22 февраля 1975 года. Была суббота. После школы мы с друзьями и подружками пили в подвале нашего фотокружка отличное молдавское вино «Лидия».Искренне веселились и мечтали…

Вся эта мешанина не показалась мне странной. И что характерно – в школе тогда не блистал по причине первой любви, в институте же имел по «Истории КПСС» устойчивый «Неуд.».

НЛО завис на фоне звездного скопления Гиады совсем рядом с Альдебараном. С его стороны потянуло домашним утренним запахом макарон с жареной колбасой. Дежурные проснулись, подумал я.

Не обращайте внимания на НЛО и они от вас скоро отстанут.

Отвернувшись от них делаю еще один кадр и иду к своему каменному ложу. Надо бы попытаться поспать пару часов, не спеша собраться и успеть вернуться к Пальцу для встречи Солнца.

А Контакт у меня с этими, из НЛО, признаюсь, был! Возвращаюсь я к стоянке, — бутерброды надкусаны, а «он» сидит в пятне света, сверкает глазами.

Ну, предложил я ему вина за дружбу между галактиками, — он в отказ. Понятное дело – миссия. Посидели, поговорили. Хороший мужик оказался. Рассказал, что на краю Вселенной ничего интересного нет, одна паутина. О чем еще говорили – совсем не помню. Слава Богу – не сожрал меня. А, может, и приснился…

Желаю и вам, мой друг, светлых предутренних снов!»….

Вопреки ожиданиям я заснул. Видимо, сказалось напряжение ночи. Проснулся от прохладного ветра, подувшего со стороны намечающегося рассвета. Собирался настолько не спеша, что небо успело заметно осветлиться. Снова пришли облака. Ветер усиливался с каждой минутой. Смотрю на часы и сознаю, что на восход Солнца не успеваю. Возвращаюсь бегом даже не смотря по сторонам и не отмечая фотосъемкой рассветные виды. Но даже бег не помогает и на Южном перевале вижу Солнце в густой голубой дымке.

Поселок на Киик-Атламе погасил ночные огни и лежит, погруженный в крепчайший утренний сон.

Хожу по склонам, уходящим в море и борюсь с желанием спуститься в ущелье Гяур-Бах.

В борьбу вмешивается здравый смысл, да и время свободного полета заканчивается. Надо до 8-00 отметиться, что со мной все в порядке. С массивом тоже. Прощаюсь с Шайтан-Кая и легкой трусцой сбегаю (!!!) по воздушной утренней дороге в Коктебель.

Забираю со службы Леонида и в ожидании машины отмечаем мои ночные бдения парой стаканчиков Саперави.

А по поводу ночного гостя «чумного доктора» Леонид посмеялся и сказал, что это был ворон, и следил он за мной – когда же я грохнусь в какое-нибудь ущелье, чтобы утром поклевать свежатинки.

И еще. – С этого дня задул очень сильный ветер.

Продолжение следует…

Автор текста и фото: Игорь Афонченков

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: